11 ноября, 2020

Большое видится на расстоянии. Издалека торнадо завораживает. Вызывает уважение мощью. В центре торнадо и в сфере его воздействия всё воспринимается иначе. Там страшно. Но последствий трудно избежать.

Вот конфликт в Карабахе. Он ведь возник когда-то. Сошлись два фронта — и закрутилось. То сильней, то тише, то разрушительно, то порывами.

Со стороны кажется: ну что вам не живётся, что спокойно не растить детей и садить сады, пить вино, петь песни? А там как? Там — память о погибших, там обиды, там недосказанность, непонимание.

Никто не хочет умирать, но когда весь народ говорит: надо, — многие идут и умирают.

 

А правители идут на поводу у своего народа. Они — за народ. Тоже понятно. Они хотят, чтобы их любили и уважали. И если народ хочет справедливости и кажущегося богатства и благополучия — правители идут навстречу. Ведут в бой.

 
Смотрят в разные стороны. не видят друг друга
 
Смотрят в разные стороны. не видят друг друга

Но почему обязательно в бой? Почему не тратить силы, энергию, ресурсы на разрешение конфликтов другими способами? Почему — смертями и разрушениями?

Но — допустили кровопролитие, и не один раз. Всё, это уже останется в народной памяти надолго.

Надолго, но это не значит, что каждое новое поколение должно убивать друг друга. А прощать, а менять уклад жизни, а менять мировоззрение?

Не получилось.

 

Русским царям и правителям это надоедает. Когда-то давно так бывало. И вот снова. Приходят с войсками, чтобы остановить кровопролития.

Остановили. Нужно как-то дальше мирить народы, наводить справедливость. А как? Мы знаем. Мир — когда нечего делить, когда всё общее, когда мы живём одним народом разных национальностей. Это лучший вариант устройства. Но — гордость местных царей и народов.

Ладно, будь по вашему. Но тогда отделитесь и спрячьте ружья. А мы присмотрим за порядком.

Но что делать простым людям, которые оказались в зоне конфликта? Как быть родителям и семьям погибших? Всё забыть, уехать с насиженных мест?

Не забывать, помнить. Но больше не терять остальных членов семьи, не уничтожать свой, и так немногочисленный, народ.

А дома на потерянных территориях? Да уж лучше их потерять, чем терять своих детей и внуков.

Как смею так говорить? Да потому что сам прошёл через подобное. У меня был дом в Киргизии в 90-х, у родителей был, у родных были квартиры. Но когда «прижало» (национальный вопрос тоже был), побросали, практически за так отдали. И что? Живём теперь на родине, в России, строим с нуля новую жизнь, но уже без страха новых потерь. Дети мои — россияне. Конфликт исчерпан. Хотя память и обида остались. А что делать — жизнь…

И тут, кстати, правители могли бы и помочь людям. Перевезти, обустроить, помочь материально, поддержкой, заботой, любовью.

А экономические споры решать самим на своих государственных уровнях. Но люди уже будут спокойно жить и работать. Так не лучше?

Это в идеале. Но человеческие эмоции, эффект толпы, амбиции людей и правителей, человеческая глупость и недальновидность… Это же никуда не девается.

Смерч зацепил многих. Привлёк много человеческого мусора, которому любая война — мать родна. Они будут подзуживать, гадить, разъедать мозги и души. Будут взрывать дороги и отношения раз за разом. Будут, увы.

 
Вихри затягивыают
 
Вихри затягивыают

Очень хочется, чтобы наши военные не страдали и не погибали. Очень хотелось бы, чтобы два соседних народа договорились о мире на века. Очень хотелось бы, чтобы люди не умирали. Но…

Мир хрупок, человеческая природа слаба, хаос обладает большей притягательностью и более вероятен.

И как быть? Снова ждать, ждать, ждать, затаив злобу и страх?.. А зачем нам тогда языки, мозги, государства и их правители?

>